- Вот теперь вы откровенно говорите. - А в Бога Господа верую, - вдруг сказал Поротый, - верую с сего десятого июня и во диавола. - Дело ваше. Ну-с, итак, согласны признать, что из пяти тысяч, полученных вами за квартиру, две вы присвоили? - Согласен, что присвоил две. Только за квартиру ничего не получал. А подпись вам тоже мерещится. Следователь рассмеялся и головой покачал. - Мне? Нет, не мерещится. - Вы, товарищ следователь, поймите, - вдруг сказал проникновенно Поротый, - что я за то только и страдаю, что бес подкинул мне деньги, а я соблазнился, думал на старость угол себе в Серпухове обеспечить. Мне бы сообразить, что деньги под подушкой... Только я власть предупреждаю, что у меня во вверенном мне доме нечистая сила появилась. Ремонт в Советской России в день сделать нельзя, хоть это примите во внимание. - Оригинальный вы человек, Поротый. Только опять-таки предупреждаю, что, если вы при помощи этих глупых фокусов думаете выскочить, жестоко ошибаетесь. Как раз наоборот выйдет. - Полон я скверны был, - мечтательно заговорил Поротый, строго и гордо, людей и Бога обманывал, но с ложью не дорогами ходишь, а потом и споткнешься. В тюрьму сяду с фактическим наслаждением. - Сядете. Нельзя на общественные деньги дома в Серпухове покупать. Кстати, адрес продавца скажите. - В 3-й Мещанской, купца Ватрушкина бывший дом. - Так. Прочтите, подпишите. Только на суде потом не извольте говорить, что подпись бесовская и что вы не подписывали. - Зачем же, - кротко отозвался Поротый, овладевая ручкой, - тут уж дело чистое, - он перекрестился, - с крестом подпишем. - Штукарь вы, Поротый. Да вы прочтите, что подписываете. Так ли я записал ваши показания? - Зачем же. Не обидите погибшего.

ЯКОБЫ ДЕНЬГИ

Интересно, как никому и в голову не пришло, что странности и вообще всякие необыкновенные происшествия, начавшиеся в Москве уже 12 июня, на другой же день после дебюта м-е Воланда, имели все один, так сказать, общий корень и источник и что источник этот можно было бы и проследить.